Главная / Проекты / Конференция

Аннотации к вокршопам седьмой нарративной конференции. Осень 2014 года.



Дарья Кутузова, Ирина Шабловская, Мария Несмеева и Владимир Мохов

 Нарративный дневник? Онлайн? В группе?

 - как это возможно и что от этого бывает

На этой конференции мы хотим представить вашему вниманию проект, которым мы занимались последний год. Дарья разработала методику ведения нарративного структурированного дневника (ставшую известной под названием "Шестнадцать тем"), а также методику онлайн-сопровождения (фасилитации) групповой работы с ней. С октября 2013 года в онлайн-группах по "Шестнадцати темам" приняли участие более 300 человек.

На нашем мастер-классе мы расскажем о шести этапах-итерациях, из которых состоит методика, о задачах выстраивания предпочитаемых историй и укрепления авторской позиции по отношению к собственной жизни, решаемых в каждой итерации (описание зоны актуального развития и зоны ближайшего развития, исследование связи действий с интенциональными категориями идентичности, выстраивание истории предпочитаемых умений из прошлого через настоящее в будущее, идентификация культурных предписаний и их контекстов, экстернализация проблем, сочувствующее свидетельствование собственной истории).

У участников мастер-класса будет возможность попробовать на себе (в блиц-формате) задание первой итерации. Мы покажем и расскажем, в чем суть работы фасилитатора, каких навыков и умений она требует, и как она влияет на нас самих.

Но это не всё :) Всякий раз, встречаясь с новой методикой работы, тем более, если мы придумали ее сами, мы задумываемся о том, каким образом мы можем узнать, действительно ли она эффективна. Более трехсот участников онлайн-проекта породили несколько сотен текстов-откликов, и мы сейчас начали исследовать их посредством подсчета слов и выражений, относящихся к разным словарным категориям, которые являются  маркерами терапевтических изменений. На конференции мы представим результаты пилотного исследования. Наши гипотезы состоят в том, что возможно выделить характерный профиль психологического благополучия на основе показателей соотношения количества слов и выражений, относящихся к разным категориям, и что при выполнении заданий методики "Шестнадцать тем" происходит значимое изменение показателей соотношения слов и выражений, относящихся к разным категориям.



Оля Златогорская

Мастер-класс «Метафорические карты в нарративной практике.

Метафорические карты – широко известный инструмент работы психолога и психотерапевта. Их используют и в групповой работе, и в индивидуальном консультировании. В нарративной работе с их помощью можно решить ряд задач:

1. Помощь в экстернализации. Начинающие нарративные практики часто сталкиваются с тем, что попытка экстернализовать проблему наталкивается на непонимание клиента: «что значит – как  выглядит алкоголизм? Никак он не выглядит, это болезнь» - и так далее. Метафорическаие карты позволяют обойти это затруднение.

2. Помощь в пересочинении истории.

Карты можно использовать как «якоря» истории – как в карте развития уникального эпизода, так и при работе с восстановлением авторской позиции.

3. «Якорение» беседы на картах позволяет найти уникальный эпизод (часто в неожиданном месте).

4. Метафоры Карт позволяют изучать идеи клиента для последующей деконструкции.

5. Карты позволяют пересочинить историю «мимо» сознания – для любителей работать «не через голову».





Данила Гуляев

Тонкие места в нарративной практике: сомнения и ответы.

Нарративная практика особое место на ландшафте психологической помощи и социальной работы. С одной строны, это один из многочисленных подходов в психотерапии, со своими особенностями, сильными и слабыми моментами. С другой стороны, он выбивается из традиционного понимания терапии и консультирования – как нетерапия среди терапии. На практике же в нарративном подходе часто работают специалисты, которые находятся в одном коллегиальном поле с представителями традиционных подходов в терапии. Естественно, что НП вызывает много вопросов и сомнений со стороны коллег. Эти вопросы и сомнения могут возникать и у самих нарративных практиков – и к себе, и к выбранному подходу. Иногда вопросы звучат как обесценивание и дисквалификация, что может вызывать смешанные чувства. Но сомнения и критика могут оказаться ценными, если посмотреть на что они указывают – на возможность дальнейшего развития подхода и расширение возможностей помощи.

Как различить критику от непонимания и критику, указывающие на тонкие места?

Как можно уплотнить и насытить тонкие места, чтобы это было полезно для людей?

Какие тонкости наоборот важно оставить, чтобы сохранить ценности и уникальность НП как неэкспертного и невластного подхода?

Предлагаю совместно разобраться!

Мы сможем выделить самые перспективные  тонкие места, наметить возможности их уплотнения и запланировать шаги к их развитию.

Владимир Мохов

Практики Анти-Выгорания или Самопомощь в работе психолога: нарративная перспектива.

Множество психологов, врачей, учителей, социальных работников сталкиваются с разного рода неблагоприятными состояниями, тяжелыми переживаниями, трудностями какого-то иного рода, которые «по всей видимости» вызваны их трудной и специфической работой. Удачно найденное слово – «выгорание», burn-out, – позволившее описать характерные проявления этих трудностей, а затем и механизмы их возникновения, создали вполне себе стройную, но по сути – медицинскую и патологизирующую модель, которой пользуются сейчас во всем мире. Но что это значит – «выгорание» – с точки зрения самих специалистов, изнутри?

Является ли медицинская модель ЭВ полезной для тех, кто не «выгорел», но со специфическими трудностями сталкивается? В чем вообще эти трудности заключаются? Как специалисты их замечают, какие способы справляться с ними используют? Что они не замечают, но стоило бы? На что, какие сферы жизни, и как именно влияют проявления «выгорания»? Какие у них есть «союзники»? И, главное, - какие «противники», что мы можем противопоставить тем трудностям, с которыми сталкиваемся? Что является противоположностью «выгорания»? Можем ли мы сами включить в свою повседневную профессиональную жизнь какие-то способы, позволяющие сдерживать, ограничивать или использовать для пользы дела те влияния, которые потенциально способны привести нас на «дорожки» и «территории» выгорания? Иными словами – можем ли мы посмотреть на ЭВ через призму деконструкции и экстернализации?

Давайте посмотрим. Во время мастер-класса мы сможем обсудить обозначенные выше вопросы и познакомиться с несколькими практиками Анти-выгорания. В качестве опоры мы сможем использовать опыт более 50 участников групп «Самопомощь в работе психолога», специалистов-психологов, имеющих достаточно широкий диапазон стажа работы и области профессиональной деятельности – «рядовых» психотерапевтов, сотрудников специализированных клиник, работающих со смертельно больными пациентами, психологов детских домов. Они делились своим опытом, связанным с профессиональными стрессовыми факторами, неблагоприятными состояниями и способами справляться с ними, а результатом этой работы стала своего рода модель, карта «выгорания» и набор практик и способов, позволяющих самим специалистам работать экологично, заботясь о себе и помогая себе при возникновении проявлений какого бы то ни было неблагополучия.



Данила Гуляев и Ольга Зотова

Нарративные ответы на социальные вызовы.

Нарративная практика – это не только терапевтическая, но и социально-критическая работа, особо чуткая к  дискриминации и стигматизации людей. Нам важно делать видимыми злоупотребления со стороны доминирующих сообществ и дискурсов, и развивать альтернативы. Сегодня в российском обществе происходит много процессов, которые требуют критической активности. Доминирует формат однородного сплоченного большинства, которое монополизирует "истины" о том, как должны жить люди. Злоупотребления и дискриминация сами по себе стали доминирующим дискурсом. В итоге, многие люди и сообщества оказываются в ситуации давления и притеснения, без права на различия, на авторство в своей жизни.

Приглашаем вас обсудить и исследовать эти темы:

•    Как на эти злободневные вызовы может отвечать нарративное сообщество?

•    Чем мы можем помогать тем, кто "за бортом" и "вне радаров" официоза?

•    Какие уникальные эпизоды и альтернативные истории мы можем создавать в социуме?

•    И как мы можем эти делать как сообщество – какими способами, в каких форматах? 

Это не семинар, где есть готовые ответы на поставленные вопросы, а совместный поиск этих ответов и созданий стратегий нарративных ответов на социальные вызовы.

Ведущие предложат формат группового обсуждения и создания коллективного документа.



Олеся Симонова, Аня Сильницкая

Туман и досточки: куда ведет клиента нарративный практик.



Кто решает, что делать во время нарративной сессии?

Есть ли стратегия работы у нарративного практика?

Этот горячий вопрос мы хотим исследовать вместе с вами.  Мы хотим поделиться своими и чужими находками в этой области. Мы создадим условия для обмена идеями, и попытаемся вместе понять, как каждый из нас создает свой “план действий в условиях неопределенности». Нам интересны критерии выбора стратегии и использования различных методов работы, в том числе из иных подходов.



Анастасия Науменко, Валерий Созаев

Нарративная практика в работе с внутренней гомофобией у светских и верующих ЛГБ.



             Внутренняя гомофобия – это неприятие гомосексуальным человеком собственной гомосексуальности. Это состояние порождает множественные проблемы для человека, которые могут проявляться в самодеструктивном поведении или эскалации гомофобной агрессии. Поскольку внутренняя гомофобия является следствием интериоризации негативной гетеросексистской идеологии, то инструменты нарративной практики, такие как деконструкция и экстернализация, являются наиболее удачными для работы с данной проблемой. На нашем воркшопе мы обсудим, как они работают, а также особенности работы с внутренней гомофобией с секулярными и верующими ЛГБ.



Надежда Цыбульская, Олеся Симонова

Школьные истории



Мы расскажем о своем опыте применения нарративной практики в школе, приведем примеры практической работы у нас и за рубежом. Для нас важно поддерживать нарративные ценности, и мы поделимся своими наработками в этой области. В своей работе мы успешно решаем задачи пересочинения историй. С нашей точки зрения работа наиболее эффективна при осмыслении на трех уровнях: личные истории, истории класса и истории школы. Любопытно обсудить вместе с вами сложности в работе и наши находки.



 



Ирина Мельникова.

МОСТ  как метафора перехода.

Мой воркшоп  может быть интересен тем, кто работает с темой перехода: на новую работу, из юности в зрелость, из статуса «семья без детей» в статус «семья с ребенком»…

Я хочу поделиться методикой «Мост», которая родилась у меня благодаря вдохновению нарративной практикой и практике работы в школе.  В преддверии перехода из начальной школы в среднюю применение этой методики  позволило  снизить эмоциональную напряженность детей, родителей, педагогов; осмыслить возможные трудности и способы их преодоления, ресурсные стороны участников образовательного процесса. На мой взгляд, эту методику можно хорошо адаптировать, как для индивидуальной, так и групповой работы с клиентами в других ситуациях перехода.

В качестве знакомства с методикой мы можем построить свой персональный мост.



Анна Абраменко, Анастасия Великоцкая

Применение артметодов при работе с детьми и подростками в нарративном подходе.



Приглашаем на наш мастер класс, посвященный артметодам в работе с детьми и подростками. Артметоды – это не только рисование, это множество разных изобразительных средств, предметов, которые окружают нас в этом мире, а иногда и просто валяются под ногами. Мы расскажем (и покажем), как и что можно использовать для приглашения клиента к разговору, даже если это совсем малыш или неразговорчивый подросток.

 Еще мы посовещались и решили пригласить к нам наших коллег – плюшевых терапевтов. Всем нам иногда важно поплакать в подушку, именно эту почетную обязанность берут на себя плюшевые терапевты. Основатель нарративного подхода Майкл Уайт доверял своим плюшевым коллегам самые сложные случаи в работе, и они прекрасно справлялись со своими задачами. У вас будет возможность познакомиться с нашими гостями, поговорить на волнующие вас темы и просто поиграть, и получить удовольствие от процесса.



Елена Гребенюк

Нарративный подход и Аутентичное движение: в чём резонанс двух практик?

Аутентичное движение – это практика, возникшая в середине 20 века через сочетание танцевальной импровизации и Юнгианского психоанализа. Базовая форма такова: есть Движущийся с закрытыми глазами, слушающий импульсы в теле и двигающийся от них (некая форма активного воображения в движении), есть Свидетель, который видит процесс. После они обсуждают этот опыт. При всей внешней простоте есть много нюансов в этом как дисциплине, и есть большая глубина, когда это регулярная практика.

Когда я познакомилась с ней, мне казалось, что это совершенно отдельный от нарративной практики пласт моей жизни – поскольку и по форме, и по методологии подходы очень разные. Я считаю так и сейчас, поэтому воркшоп – не про то, чтобы их смешивать.

Тогда про что и зачем? Спустя какое-то время я заметила, что такая двигательная практика очень обогащает моё понимание и нарративного принципа, и свидетельствования в нарративном подходе. Это буквальное их проживание. Поэтому хочу поделиться тем, что оказалось полезно для меня – познакомить с практикой и обсудить этот опыт в контексте нарративной терапии.

А ещё тут есть идея, что знать разные подходы и практики, особенно телесные – это полезно для того, чтобы во главу угла ставить не отдельный подход, а человека и то, что он собой воплощает.



Татьяна Новоселова

Принципы нарративного подхода в корпоративном контексте.



               Приглашаю всех, кому интересно узнать и обсудить, как работают образы, метафоры и истории в работе на уровне структуры организации и отдельных сотрудников.  Так сложилось, что мы используем принципы нарративной работы в стратегических сессиях, карьерном коучинге и работе с предпринимателями. Знакомство с нарративной практикой «узаконило» наши эксперименты, появилась новая глубина, философские и методологические основания, которые теперь хочется развивать. 

Мы будем делиться своими реальными примерами из практики, а также организуем общий процесс, из которого каждый сможет извлечь пользу для развития своей практики работы с клиентами и продвижения своего дела/бизнеса. 

ПРИНЦИПЫ НАРРАТИВНОГО ПОДХОДА В КОРПОРАТИВНОМ КОНТЕКСТЕ 

Мы работаем с бизнес-запросами компаний и частных клиентов – руководителей и владельцев бизнесов. Мы поделимся своим опытом на трех уровнях: 1) методология нашей работы с корпоративными клиентами – точки пересечения с нарративным подходом; 2) примеры из практики – работа с организациями на уровне структуры и на уровне человека, 3) упражнение для всех участников как живая иллюстрация нашего подхода.



Лиза Новбари и Лена Ремнёва

Нестандартные способы и альтернативные решения



             Когда кто-то произносит слова "частная практика", перед глазами возникает образ: лаконично оформленный кабинет, сертификаты на стенах, подчёркивающие компетентность специалиста, правильно расположенные кресла, поза терапевта – выражающая внимание, и неизменный блокнот в руках. Но совершенно точно, у каждого нарративного практика (и не только нарративного) есть свои уникальные способы привнести что-то своё, приблизить процесс терапии к жизни и современной культуре. Какие нестандартные способы и альтернативные решения для практики находите вы?





Ольга Герасименко, Валентина Гусева 

Нарративный подход и работа с близкими.

В рамках многих традиционных терапевтических практик работа с близкими – однозначное табу. Это справедливо для терапевтических практик, в которых такая работа слишком тесно связывается со злоупотреблениями из-за однозначного распределения власти в 

терапевтическом взаимодействии. Идея о табуированности кризисного консультирования или психотерапии в отношении близких опирается на определенные представления о консультационном и терапевтическом взаимодействии – в частности, на концепты переноса и сопротивления.

Как мы знаем, нарративная практика не рассматривает перенос и сопротивление как однозначно существующие и мешающие работе явления. «Перенос» и «сопротивление» при децентрированной позиции помогающего практика могут не актуализироваться в работе вообще – или же, в случае актуализации, восприниматься не как препятствие, а как дополнительный ресурс и указатель (не)предпочитаемых направлений, определяемых в ходе работы клиентом и помогающим практиком.

Кроме того, консультационная, терапевтическая, интервизионная или супервизионная работа в малых сообществах, переплетенных тесными связями, часто фактически происходит между людьми, состоящими в отношениях помимо этого контекста – в силу того, что специфика запроса о помощи подчас затрудняет нахождение «полностью нейтрального» человека. Наш консультационный, интервизионный и медиационный опыт взаимодействия в русле нарративной практики с близкими (друзьями, коллегами, членами семьи по выбору) свидетельствует о том, что такое взаимодействие часто бывает обогащающим и создающим новые возможности: как в силу более плотного прописывания предпочитаемых историй значимых друг для друга людей, так и в силу более насыщенной работы с историей, которую помогающий практик знает не только со слов рассказчика, а также в силу отсутствия иллюзии нейтральности, которое помогает осознанности и более тщательной распаковке убеждений помогающего практика.

У нас есть представление, что формат работы с близкими предполагает иные терапевтические практики, чем традиционные, предоставляет в определенных областях возможности, не реализуемые в другом формате, предъявляет особые требования к технике безопасности и нуждается в большем осознании и описании, чем существующее.

Мы хотели бы пригласить вас обсудить это на нашей секции в формате общей дискуссии и создания на ее основе коллективного документа.



Марат Хачатрян

Идентичность как палимпсест: нарративная археология.

Я предлагаю рассмотреть одну из категорий расспрашивания, которая относительно хорошо известна в нарративной практике. К ней, например, обращаются Джилл Фридман и Джин Комбс при работе с парами. Речь о так называемой relational self, или идентичности, созидаемой в отношениях. Считается, что подобный подход к идентичности противостоит доминирующим в модернистских концепциях идеям о цельной, стабильной и неделимой сущности, данной человеку от природы. Фридман и Комбс (вслед за философами-постструктуралистами) предлагают рассматривать идентичность как многоголосье, постоянно изменяющуюся и многообразную субстанцию – в первую очередь на примере отношений с другими. Мы демонстрируем разные версии себя, общаясь с коллегами по работе, клиентами, родственниками.

В связи с этим взглядом (и идеей о множественности идентичности в целом) у меня возникает множество вопросов.

•    Могут ли идентичности выстраивать отношения между собой?

•    Могут ли они сосуществовать в один момент времени?

•    Как разнообразные идентичности могут влиять на наши выборы, наше состояние и наши изменения?

•    Существуют ли идентичности за пределами нашего жизненного опыта? Можно ли создать идентичность? Можем ли мы управлять ими? 

•    Чем может быть полезно исследование истории каждой из идентичностей?

•    Стоит ли в работе с разными идентичностями применять метафору «пятна света» (spotlight), распространённую при работе с «голосами», или же нам больше подходит образ «палимпсеста» - поверхности, на которой одномоментно проглядывают различные следы, версии человека?

Эти вопросы, ясное дело, не имеют верных ответов – как мне кажется, они могут помочь нам сориентироваться в собственной практике. Я озвучу свои размышления (буду ругаться Делёзом и приводить примеры из практики, если успею) и буду рад услышать ваши.

Расспрашивание с точки зрения множественной идентичности предлагает другой вариант упорядочивания и осмысления жизненного опыта по сравнению, например, со ставшим догматическим экстернализующим типом расспрашивания. Мы обсудим, в чём преимущества и недостатки подобного подхода, а также попробуем задавать подобные вопросы друг другу.

Этот мастер-класс может быть интересен тем, кто работает, индивидуально или в группе, с людьми, пребывающими в ситуации высокой неопределённости и испытывающими сложности с принятием решений; а также тем, кому интересно развивать свой инструментарий и находить новые ракурсы для рассмотрения привычных тем.

Мир!





Екатерина Бурмистрова

Попытка работы с изменой на стыке нарративного подхода и подхода ориентированного на решение

В работе семейного консультанта  случаи , когда поводом обращения за психологической помощью является реальная или мнимая измена нередки.

Ситуации могут быть самые разные: "свежие "и "горячие", "затяжные" и "хронические". Бывает и так, что с эпизода предполагаемой измены прошли годы , но "мина" в "тылу" отношений осталась.

Состояния людей, переживающих подобные ситуации, как правило, весьма болезненны.

На мастерской мы будем обсуждать  какие идеи нарративного подхода особенно хороши при работе с изменой, почему автору кажется полезным вводить  элементы подхода , ориентированного на решение.

Мы поговорим о том, чего, возможно, следует избегать.

Что делать, если кажется, что ничего не сдвигается, и люди "застряли".

Как, зачем и  когда деконструировать идеи о браке и близких отношениях, влияющие на консультанта.





Юлия Малыгина, Анна Голубева

Проявление близости – фото-нарративный опыт работы с парами и семьями.

Что такое близость в отношениях, в паре, в семье? Какая она для вас? На что она похожа?

В нашем недавнем фото-нарративном проекте с парами именно она оказалась в фокусе нашего внимания. 

В каждой паре близость проявлялась по-своему. Порой ее проявления были настолько необычными и неожиданными для самой пары, и совсем не совпадающими с привычными глянцевыми образами "семейной идиллии", что вызывали искреннее удивление и глубоко затрагивали чувства всех участников процесса. 

На нашем мастер-классе мы подробнее расскажем о своем опыте проведения фото-исследования с парами, состоящего из серии интервью и фото-сессий. И предложим вам самим исследовать, что такое близость для вас с помощью фото-нарративных практик. Для участия в мастер-классе не обязательно быть в паре или иметь семью. Мы полагаем, что близость – привилегия не только семейных отношений, это особое качество любых отношений с миром и, возможно, не всеми предпочитаемое.



Виктор Богомолов

Все, что вы хотели узнать про терапевтический альянс с клиентом, но боялись у него спросить.

Согласно данным исследований, терапевтический альянс с клиентом влияет на результат терапии в 7-9 раз больше, чем выбранная модель работы или техники, применяемые терапевтом. В этой презентации я расскажу подробно про историю возникновения понятия терапевтический (рабочий) альянс, его современное понимание и почему этот концепт так важен для практикующих терапевтов. Вопросы, которые б





Антон Макинтош

Нарративная практика в работе с транссексуальным сообществом

Нарративная практика – инструмент для изменения своей личной истории, и как нельзя более она подходит для работы с людьми, которые вынуждены не в метафорическом, а в совершенно буквальном смысле переписать заново свою личную историю в предпочитаемом направлении – с людьми, которые проходят процедуру коррекции пола.

Сам процесс перехода сопряжен с переписыванием личной истории, и чем более успешен человек в ее переформатировании, тем успешнее происходит весь процесс и адаптация в новой жизни. По сути, именно с выстраивания предпочитаемой истории и начинается переход.

Однако, часто человеку с транссексуальностью сложно самостоятельно закрепиться в предпочитаемой истории, поскольку на момент осознания и принятия факта собственной принадлежности к полу, противоположному биологическому, аудитория предпочитаемой истории намного меньше, чем аудитория истории доминирующей, подавляющей предпочитаемую. Факты предпочитаемой истории часто бывают разрозненны и сознательно или бессознательно игнорируются окружением. Человек оказывается в ситуации, когда все вокруг "знают" и "видят" что-то другое, не то, что он из себя представляет.

Таким образом, помогающий практик может являться для такого человека внешним свидетелем, не вовлеченным в поддержание доминирующей истории. Помогающий практик может помочь собрать разрозненные, подавленные, вытесненные факты предпочитаемой истории, которой предстоит стать историей укрепляющей, поддерживающей, дающей силу и возможность отстаивать и выстраивать себя.



Люда Орел, Трикстер

Фантастические герои, параллельные реальности и особенные миры.

ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ГЕРОИ, ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ РЕАЛЬНОСТИ, ОСОБЕННЫЕ МИРЫ: ВОТ ПРИХОДИТ К НАМ КЛИЕНТ, А МЫ ДАЖЕ НЕ ЗНАЕМ, ОН КОННЫЙ ИЛИ ПЕШИЙ

Мы хотим пригласить вас к обсуждению "необычных" идентичностей и способов осмысления жизни, которые используют или могут использовать наши клиенты. Как избежать "форматирования" клиента под какое-то свое видение реальности и создать условия, в которых наш собеседник сможет реализовать и укрепить собственный взгляд на мир?

Мы также подумаем о том, как может выглядеть конструирование идентичности вне контекста нарративной терапии. Как люди конструировали свою идентичность до встречи с нарративным практиком? Как соотносится идентичность, которую человек бы предпочел, с идентичностью, которая позволила ему выжить, к примеру, в контексте насилия?

Мы расскажем немного о своем опыте outdoor работы с анимешниками и примкнувшими (это в основном подростки), а также о более длительном консультировании/сопровождении людей с нестандартной гендерной (и иной) идентичностью, представителей БДСМ-сообщества, шаманов, магов, ведьм, провидцев, оборотней, нежити и даже "нормальных людей".



Ксения Суханова

По следам европейской конференции. Джон Уинслейд «Время по Делезу»

Я расскажу о так понравившемся мне выступлении Джона Уинслейда по поводу категории времени в терапевтическом контексте. Это одно из тех понятий, которое как бы имеется ввиду, однако напрямую не обсуждается во время нашей встречи с клиентом. Влияя на наш разговор, оно, тем не менее, оказывается в стороне от нашего осознания, в тени, как нечто «само собой разумеющееся». Попытки задуматься, вывести его из области бессознательного, научиться отдавать себе отчет в этом – вот, чему будет посвящен наш разговор. Время очень по-разному рассматривается в философских и психотерапевтических школах. Каким же его видим мы, когда задаем вопросы клиенту? Как представляем течение времени и «правильное» взаимодействие с ним? К каким поступкам и шагам таким образом направляем?



Анна Привезенцева, Ксения Суханова, Ирина Светличная

Нарративный семейный клуб

Идея клуба получила большую огласку в работах Майкла Уайта. Он говорил о важности поместить себя в центр такого сообщества, таких людей, которые поддерживают важные для нас идеи, могут служить опорой на нашем пути, помогать двигаться дальше. Мы подхватили эту идею, перенесли ее в семейный контекст – как построение некоторого сообщества семей, которые могут поддерживать друг друга, могут опираться друг на друга. Этот процесс крайне важен не только между семьями, но и между членами одной семьи. Как увидеть и научиться быть рядом, развиваться и принять возможное развитие другого, его непохожесть, и его отличия? Как научиться опираться друг на друга, черпать вдохновение не смотря на то, что мы все такие разные? Формат клуба полифоничен: в нашем клубе каждый выбирает свой маршрут, свои возможности, свою дорогу. Мы расскажем о нашей концепции и, конечно, немного попробуем в нем пожить.





 


Нарративная психология 2019 г.